24 сентября 1838 года Нильс Гаде писал из Гётеборга Андреасу Берггрену. Он обращался к нему как к «учителю и другу» и признавал, что многим ему обязан. Сохранились и письма Андреаса Берггрена: в одном он прямо называл Нильса Гаде своим учеником, в другом писал, что видит плоды своих принципов в сочинениях молодого композитора.
«Учитель и друг» — так Нильс Гаде определил отношения, в которых разбор новых сочинений соединялся с обсуждением того, какой должна быть национальная музыка.
От Андреаса Берггрена к Нильсу Гаде, а затем к Вольдемару Баргилю, Эдварду Григу и Карлу Ни́льсену переходил не единый стиль. Документы показывают передачу разных практик: теории и контрапункта, работы с народным материалом, разбора рукописей, сочинения крупных инструментальных форм и проверки партитуры в исполнении.
Андреас Берггрен и национальная музыка
Андреас Берггрен (1801–1880) преподавал Нильсу Гаде (1817–1890) теорию музыки и композицию. Обучение включало работу над конкретными произведениями. В письме, предположительно относящемся к 1836 году, Андреас Берггрен сообщал, что получил от ученика сквозную балладу на текст Людвига Уланда.
Сквозной называется форма, в которой музыка развивается вслед за текстом и не возвращается регулярно к одной и той же куплетной мелодии.
В предисловии к сборнику Folke-Sange og Melodier Андреас Берггрен изложил своё понимание национальной музыки. По его мысли, композитору недостаточно вставить народную песню в концертное произведение. Мелодический язык следовало усвоить настолько полно, чтобы создавать новый материал с узнаваемым национальным характером.
В увертюре «Отзвуки Оссиана» Нильс Гаде использовал и переработал традиционную мелодию «Рамунд». В Первой симфонии он поступил иначе: три части связаны с сочинённой им самим песенной темой «Paa Sjølunds fagre sletter». Она выполняет функцию тематического и циклического материала.
Циклическая форма связывает несколько частей произведения возвращением или преобразованием общих тем.
Так на двух партитурах можно проследить переход от цитирования народной песни к созданию собственного «народного тона» — авторской музыки, которая воспринимается как родственная фольклору. Именно такой способ предлагал Андреас Берггрен.
Однако ни одна сохранившаяся тетрадь уроков не позволяет приписать ему определённую поправку в «Отзвуках Оссиана» или Первой симфонии. На Нильса Гаде воздействовали также концертная жизнь Копенгагена, литературные источники и собственная работа над оркестровой формой.
Лейпцигская школа Нильса Гаде
После занятий с Андреасом Берггреном образование Нильса Гаде продолжилось в профессиональной практике. В Лейпциге он дирижировал рядом с Феликсом Мендельсоном, преподавал в недавно открытой консерватории и провёл премьеры Скрипичного концерта Феликса Мендельсона и Фортепианного концерта Роберта Шумана.
Лейпцигская консерватория соединяла занятия композицией с анализом, оркестровыми репетициями и публичными экзаменами. Ученическая партитура должна была пройти чтение и прозвучать перед слушателями. Благодаря этому преподаватель оценивал не только записанные ноты, но и то, как форма, инструментовка и фактура работают в исполнении.
Позднее Нильс Гаде перенёс часть этой системы в Копенгаген. Учебный план, вступительные и выпускные испытания, а также стипендии копенгагенской консерватории создавались с учётом лейпцигского опыта.
Педагогика Нильса Гаде поэтому отличалась от ранних занятий у Андреаса Берггрена: к теории и эстетике национальной музыки добавилась институциональная проверка композиторской работы.
Вольдемар Баргиль: октет на публичном экзамене
Вольдемар Баргиль (1828–1897) поступил в Лейпцигскую консерваторию в восемнадцать лет. Хроника Берлинской академии искусств за 1897 год называет среди его педагогов Морица Гауптмана, Игнаца Мошелеса, Юлиуса Рица и Нильса Гаде. Позднейшие биографии уточняют, что Игнац Мошелес вёл фортепиано, а Нильс Гаде и Юлиус Риц — композицию.
Результатом этих занятий стал октет для струнных. Октет — ансамбль из восьми исполнителей; в данном случае речь идёт и о составе, и о написанном для него многочастном произведении. Партитуру представили на публичном экзамене консерватории. Современная биографическая справка датирует исполнение 20 декабря 1849 года и называет первым скрипачом Йозефа Иоахима.
Этот эпизод показывает устройство обучения. Вольдемар Баргиль написал крупное камерное произведение, после чего его проверил ансамбль профессионального уровня перед публикой.
По имеющимся документам нельзя установить, какие места партитуры исправлял Нильс Гаде. Одновременно с ним композицию и теорию преподавали другие музыканты, поэтому отдельную тему, гармонический оборот или формальное решение нельзя уверенно возвести к одному педагогу.
Эдвард Григ: занятия вне консерватории
Эдвард Григ (1843–1907) познакомился с Нильсом Гаде в Клампенборге в 1863 году. Копенгагенская консерватория начала занятия только в 1867 году, поэтому её реестр не мог зафиксировать начало этих отношений. В доступных консерваторских списках запись об обучении Эдварда Грига у Нильса Гаде также не найдена.
Документы и позднейшие воспоминания указывают на другую форму работы — частные советы, разбор партитур и наставничество. По рассказу Эдварда Грига, при первой встрече он признался, что не может показать сочинение, которое считал бы достаточно хорошим. Нильс Гаде велел ему вернуться домой и написать симфонию.
«Идите домой и напишите симфонию».
Эдвард Григ выполнил задание: Симфония до минор, EG 119, была завершена в 1864 году. Рассказ о разговоре появился примерно через тридцать лет после события, поэтому приведённую фразу нельзя считать точной стенограммой. Однако связь между советом Нильса Гаде и появлением партитуры подтверждают разные свидетельства.
Позднее Эдвард Григ запретил исполнять симфонию. Она не стала началом постоянной работы в этом жанре, но сохранилась как результат конкретного задания: молодой композитор должен был организовать материал в масштабе полного оркестрового цикла.
Нильс Гаде также разбирал Фортепианную сонату op. 7 и Первую скрипичную сонату op. 8. После первого одобрительного отклика он пригласил Эдварда Грига в кабинет для подробного просмотра обеих партитур.
Фортепианная соната была посвящена Нильсу Гаде; в её мотивах исследователи находят нотные обозначения, связанные с его именем. При этом форма сонаты показывает, что Эдвард Григ уже не следовал одному образцу: в круг его ориентиров входили также Роберт Шуман и Юхан Петер Эмилиус Хартман.
Иначе Нильс Гаде отнёсся к ранней редакции увертюры «Осенью», op. 11. Он отверг её и потребовал написать лучше. После переработки Эдвард Григ представил четырёхручную версию на конкурс Шведской академии, где Нильс Гаде входил в жюри. Увертюра получила премию.
Последовательность событий известна — отказ, новая редакция и конкурсная оценка, — но сделанные под воздействием критики изменения не зафиксированы по тактам.
Карл Ни́льсен: форма, анализ и итоговая оценка
Карл Ни́льсен (1865–1931) впервые показал Нильсу Гаде Andante из струнного квартета ре минор осенью 1883 года. Архивная реконструкция относит встречу к сентябрю или октябрю, хотя позднее Карл Ни́льсен называл май. Нильс Гаде похвалил его чувство формы и поддержал поступление при условии, что скрипач Вальдемар Тофте также одобрит кандидата.
2 января 1884 года Карла Ни́льсена внесли в реестр консерватории как восемнадцатилетнего скрипача из Оденсе, в основном самостоятельно занимавшегося фортепиано. Первые два года основную теорию ему преподавал Орла Розенхофф. На третьем курсе за этот предмет отвечал Нильс Гаде.
По программе курс включал форму и анализ, композицию, вокальное изложение текста, инструментовку и чтение партитур. Карл Ни́льсен вспоминал, что занятия Нильса Гаде строились свободно и часто касались истории европейской культуры. Это не отменяет установленного учебным планом содержания: анализ и композиционные задания входили в обязанности педагога.
В конце 1886 года Нильс Гаде составил письменную оценку ученика. Он указал, что Карл Ни́льсен обладает музыкальным талантом, а представленный струнный квартет обнаруживает значительные композиторские способности.
Форму здесь проверяли дважды: сначала по Andante, показанному перед поступлением, затем по многочастному произведению на выпускном этапе.
Декабрьский журнал прослушиваний за 1883 год не содержит имени Карла Ни́льсена, поэтому неизвестно, сдавал ли он обычный вступительный экзамен или поступил по менее формальному решению Нильса Гаде и Вальдемара Тофте.
Не установлено и то, какой именно квартет оценивал Нильс Гаде в 1886 году: сохранилось несколько ранних частей, но редакторы сочинений Карла Ни́льсена не смогли уверенно связать ни одну из них с записью в консерваторском реестре.
